Мы считаем, если система состоялась, внутри нее должно быть больше степеней свободы. Надо быть гибкими, надо уметь вступать в коалиции. Демократия – это компромисс. Демократия – это процедура. Это нудная, но процедура.

Комментирует:

Михаил Бударагин публицист, специальный корреспондент газеты "Взгляд"

Сурков, я думаю, довольно тонко чувствует опасность, которую представляет собой форсированная либерализация, предлагаемая сегодня частью элиты. Но вместе с тем, он же сам говорил два года назад о том, что власть будет становиться мягче.

Понятно, что путинский (путинско-сурковский, если угодно) hard был вынужденной мерой, которая исчерпала себя еще два года назад, когда тот же Сурков в лекции в Академии Наук прямо говорил о том, что России необходимы совместные с Западом предприятия в интеллектуальной сфере, например. Просто многие решили этих слов не заметить, сочтя их не очень значимыми риторическими формулами.

Это не так. Совершаемый сегодня переход к более тонкому и точному управлению — при всем сопротивлении бюрократии — все равно будет закончен. Возможно, что для того, чтобы его совершить до конца, нам нужна будет другая бюрократия. Будет другая. Об этом и предупреждает Сурков бюрократию нынешнюю. Уже года три предупреждает, а ему все не верят.

Павел Салин ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры, кандидат юридических наук

В целом все логично, и попытки толковать заявление замглавы АП как «раскаяние» или «признание под общественным давлением», которые наверняка будут в некоторых СМИ, выглядят неуместными. Когда ты набрасываешь картину широкими мазками, тебя не интересуют детали - важно создать картину в целом.

Когда же с этой базовой задачей справились, то можно приняться и за детали. Так и с политсистемой, партийной системой - важно было сформировать костяк (об этом, кстати, и Дмитрий Медведев говорил на встрече с представителями некоторых партий), а потом уже наращивать «мясо», формировать мускулатуру, чтобы красиво было. Сейчас партийная система в общих чертах сформирована и устоялась, поэтому пришла пора ее отладки, в частности, удаления некоторых административных «перегибов», которые ранее были непринципиальными.

Заявление о том, что четыре парламентских партии выражают весь спектр значимых мнений общества отнюдь не означает, что трем непарламентским партиям, воспрявшим духом после встречи с президентом, надо срочно распускаться. Однако это еще один сигнал, что нужно срочно модернизироваться, в том числе и с идеологической точки зрения, а не пребывать в тоске по безвозвратно ушедшим 90-м. В противном случае их ждет медленная (а может, и быстрая) смерть на политических задворках.